Тело и гвозди

Автор: Алексей Шевчук

Моя жизнь - это пар, дуновение ветра,
Миг в масштабе вселенной.
Такой мимолётный, однако при этом 
невероятно ценный.
Моя жизнь - это тело, рукою великой 
сотканное в утробе.
И я в нём живой, от первого крика,
Да немоты во гробе.

Удивительно тело, и чем-то оно 
Напоминает дом.
Стены из крови и плоти, окно
И мысли над потолком.
Уязвим мой дом, он дрожит от холода 
И прячется от жары.
Бывает измучен жаждой и голодом,
Но остаётся жилым.

Мой дом не вечен, однако в себе
Вечную душу прячет.
Её невозможно глазами узреть,
А прикоснуться – тем паче.
И нет тех весов, какие могли бы
Измерить её и сравнить.
Легка как пушинка, духовная глыба,
Крепкая, тонкая нить.

Премудро мой дом, и замысловато
Создан великим Творцом.
Но есть в этом доме один недостаток,
Которым он повреждён.
Бывает я слышу, как где-то снаружи,
Кто-то стучится и шепчет.
Сладкою речью ласкает мне уши
И просится в гости на вечер. 

Я гоню его прочь, сторожу даже ночью
Дом, облекаясь в доспех.
Но гость терпелив и очень настойчив,
Звать его просто – грех.
Грех – это ржавчина, это гниение,
Грех – это тление дома.
Это сквозь доски проросшие терния,
От потолка до пола.

Грех – это когти, скребущие стены,
Грех это хищный лев.
Он хочет пробраться в усталое тело,
Преграды мои одолев.
И я разумею, что грех – это смерть,
Но почему то ключи
От двери беру, и иду посмотреть,
Кто это там стучит.

Подхожу и стою, заманчивый стук
Слушая с упоением.
Мой гость это враг, или всё-таки друг,
Может цветок, а не терние?
И чем дольше стою, тем больше внутри
Меня нарастает голод.
И хочется гостю сказать: "входи!
Снова, снова и снова..."

Мой грех – это тяга, это влечение,
Телом невыносимое.
И долго держаться в сопротивлении,
Уже совсем не по силам мне.
И кажется, будто мой дом – это раб,
Такой безвольный и слабый.
И вместо простора свободы и прав,
Чужие устои и нравы.

Грех – это личный, суровый хозяин,
Бывший когда-то гостем,
Он сделает дом мой грудой развалин,
А ещё... мой грех – это гвозди.
Длинные, острые, вбитые намертво,
Тысячи тысяч гвоздей.
От крыши и стен, вплоть до фундамента,
Гвозди буквально везде.

Но вот что странно, мне кажется будто
Раны от них не болят.
Похоже случилось какое-то чудо,
И что то спасло меня.
Почему то мой дом, заслужив наказание,
Всё же остался целым.
И гвозди избрали другое здание
Своей мишенью и целью.

И вместо меня, в Него, гонимые
Увесистым молотком,
Вгрызлись, точно клыками львиными,
Жадно и глубоко.
Сей дом испытал величайшую муку,
Меня заслоняя собою.
Изранен, избит Он, и много поруган,
Еле дышал от боли.

И до основания был он разрушен,
Однако хищного зверя
В себя не впустил, и оставил снаружи,
Плотно закрывши двери.
Грех побеждён, он скулит и визжит, 
Ибо не может добраться, 
Да праведной, вечной, святой души 
Ходатая и страдальца.

Грех побеждён, и он щурится от
Ярких лучей рассвета.
И прочь уползает, ведь небосвод
Озарился новым заветом.
Разрушенный дом, уничиженный дом 
Оборотился внезапно 
Нерукотворным, небесным дворцом 
И несокрушимым замком.

Я смотрю на него, и текут по щекам 
Сами собою слёзы.
Его милость ко мне без конца велика...
И я задаюсь вопросом:
Могу ли, имею ли право я
Впустить хищного гостя,
Зная, чей дом страдал за меня,
И помня, что грех – это гвозди?